Автор Тема: Животные в монастыре  (Прочитано 68 раз)

Оффлайн Дождик

  • ФОРДОБЕР
  • *****
  • Сообщений: 795
  • Пол: Мужской
    • ЗооСовет.RU - советы по дрессировке и хендлингу.
Животные в монастыре
« : 26.03.2020 - 23:03:03 »
Животные в монастыре (часть 1)

   Питомник собак породы среднеазиатская овчарка продуцирует в монастыре с середины 90-х годов прошлого века. В 2001-м году в питомнике родилась могучая некрупная бело-бурая Ирбис и осталась жить там же, где появилась на свет. Мамочкой Ирбис была, наоборот,  крупная, чёрная Яшин, а отцом – Эмомали, живший у хозяев.   
   Я никогда не была сторонницей того, чтобы среди питомниковских собак выделять любимчиков, но обладательница грустных, чуть крупноватых для азиата глаз, Ирбис, всё-таки им стала.   
Мы вместе с азиаткой готовились к выставкам и, забегая вперёд, скажу, что в 2002-м году среди 29-ти конкурентов Ирбис стала Лучшим юниором, а некоторое время спустя получила титул «Чемпион России».
   Ирбис несла сторожевую вахту на монастырском подворье. Ночью собаки бегали вольно, выпущенные из вольеров. Неповоротливая с виду Ирбис была не прочь сбегать за пару километров на заброшенный коровник, чтобы откопать старые коровьи косточки, чем доставляла хлопоты ночному дежурному, который утром должен был водворить беглянку в вольер. В остальном собака сторожила исправно.
   В конце весны у меня день Рождения. В тот год, когда я была на подворье, сёстры испекли праздничный пирог и ждали меня к ужину.
   Жилой дом на подворье на ночь всегда закрывается. Азиаты бегают снаружи и даже не пытаются попасть внутрь, зная, что это бесполезно.
   Я пришла с послушания и, как мне показалось, закрыла все двери. Передо мной был большой круглый праздничный стол. Сёстры меня поздравили. Вдруг открылась дверь. На пороге стояла Ирбис… «Тоже пришла поздравить, » - шутливо заметили сёстры.

   Двухлетней Ирбис ощенилась. Приплод она принесла от Ерхана, принадлежавшего супругам Бурыкиным из Орехово-Зуево.
   Новорожденным щенкам я купировала хвосты и уши, как это обычно делают у азиатов. Щенки подрастали. Среди однопомётников выделялся крупный, мощный Цугун. Он и остался жить и работать в родном монастыре. Щенок быстро рос. Я стала водить его для адаптации в людные места.
Цугуна, будущую выставочную собаку, надо было приучать не бояться эха в больших помещениях. Стояла морозная зима. Ближайшим крытым людным местом была Почта. Туда-то мы и стали с Цугуном-подростком ходить и слушать эхо.
   Одна из сестёр монастыря рассказывала своему родному брату о том, какие замечательные собаки живут на территории обители, как задерживают нарушителей, как проходят дрессировку.
   «А Цугун у нас на почту ходит ,» - поведала сестра родственнику.
   «Они у вас и за почтой ходят?», - почти не удивившись, спросил брат…
Цугун вырос огромным мощным красавцем и дважды на главной выставке года России, каковой является «Евразия» становился резервной Лучшей собакой по полу, получал титул «Резерв CACIB».

    На подворье были обитатели фауны не только собачьего племени.
    Слава о том, что в монастыре любят животных разнеслась широко.
    Как-то егеря привезли на подворье новорожденного лосёнка (лосиху), найденного в лесу, сказав, что скорее всего, слабенький детёныш не последовал за молодой матерью и мать-лосиха ушла.
   Кормить лосёнка было велено цельным коровьим молоком. Несколько дней детёныш прожил на подворье, немного окреп.
   Для истории редкого гостя надо было сфотографировать. Позировать гостья не хотела и я поставила её в стойку… Доберман и доберман, коричневый. Только морда опущенная.
   Посмотреть на лосёнка приехала настоятельница монастыря. Одна сестра стала просить матушку оставить лосёнка в монастыре. Матушка сказала: «Я согласна, только жить пусть будет в твоей келлии.» В ответ сестра задумчиво промолчала.
   Вскоре лосёнка определили в питомник бесконтактного выращивания. В результате такого выращивания животное, попадая в дикую природу с осторожностью относится к человеку, к охотникам. Одним словом, лось ведёт себя так, как если бы лосёнок вырос с матерью в лесу.
   Новорожденный лосёнок пил молоко мирных домашних животных, которое приносили из коровника, находящегося неподалёку от дома, где он гостил. Однако лично у меня с такими мирными домашними животными как коровы, сложились не совсем мирные отношения.
   
   Мне довелось вместе с азиатами охранять стадо летом 2008-го года. Лето выдалось дождливым, но жарким. По дороге на пастбище разлилась огромная глубокая лужа. В жару, которая наступала уже утром, коровы заходили в лужу и дальше идти не хотели. Чтобы выгнать бурёнок из воды, сёстры брали травинки и, похлёстывая кормилиц по бокам, как-то выводили стадо на нужную тропу. Меня коровы не слушались и для того, чтобы приструнить стоящих по колено в воде упрямиц, мне приходилось брать в руки «травинку» в руку толщиной.
   Тем же летом как-то стадо паслось неподалёку от подворья. Был жаркий полдень. Я отпустила сестру-пастуха пообедать и осталась наедине с коровами. Собака спала привязанная к моей ноге. Я тоже прилегла и уснула. Коровы быстро воспользовались моей слабостью и убежали в ближайший тенистый лес.
   Сестра-пастух пришла с обеда, наверное, много чего обо мне подумала, но ничего не сказала. Еле-еле мы вдвоём водворили бурёнок на пастбище.
   Со стадом коров пасли и быка. Звали его Снежок. Окраса он был бело-серого, чем вполне оправдывал своё нежное имя. А вот характер у него был норовистый, наверное, такой, какой бывает обычно у быков.
Днём стадо загоняли в коровник. Снежку не всегда хотелось уходить в неволю. Он разъярялся и начинал крушить всё вокруг.
   Если слышалось: «Бык бесится!», надо было бросать всё, хватать любые длинномерные предметы и бежать к коровнику усмирять быка. Бык не сразу, но сдавался.
   Уважал Снежок малюсенького вельш-терьера Асю, которая по команде «Гони его!», ловко прыгая, немного его прикусывала и толково помогала сёстрам.



Ирина Сивирина
2019 год

Оффлайн Дождик

  • ФОРДОБЕР
  • *****
  • Сообщений: 795
  • Пол: Мужской
    • ЗооСовет.RU - советы по дрессировке и хендлингу.
Животные в монастыре
« Ответ #1 : 26.03.2020 - 23:11:11 »
Животные в монастыре (часть 2)

   Однажды в том же 2008-м году чуть не случилась беда. Летом стадо паслось вместе с быком. Сестре помогал пасти стадо Ливан, бурят-монгольская собака (БМС). Это был крупный пёс, огненно-рыжий с красным отливом длинной шерсти. Ливан неоднократно получал высокие оценки на выставках. Но главным его достоинством был характер: Ливан был спокойной, уверенной в себе, бдительной собакой.
   Поначалу всё было обычно. Стадо мирно паслось. Но вдруг какое-то действие пастуха спровоцировало быка на ярость. Бык боднул и начал катать сестру.
   Ливан среагировал мгновенно, переключив разъярённого быка на себя. Время было выиграно. Жизнь сестры была спасена. Сейчас в стаде нет быка.
   Ливан был не единственной бурят-монгольской собакой в питомнике. В вольерах жили ещё несколько взрослых собак и молодёжь.
   Многочисленным был помёт пятимесячных щенков-подростков. Их было пять.
   Как-то во время моего дежурства случилась беда. Эти подростки загрызли слабенькую, хромую полугодовалую БМС Малышку. Потом стали охотиться за двумя семимесячными братом и сестрой.
   Когда эта группа «неблагополучных подростков» стала терроризировать молодую, привезённую из Бурятии аборигенку Сайхан, было принято решение отдать всех собак кроме Ливана в материнский питомник. Что вскоре и выполнили.
   
   Возвращаясь к рассказу о коровах, хотелось бы ещё сказать пару слов о Снежке.
   Как-то я наблюдала такую картину. Через невысокую загородку общались бык и жеребец вятской породы Лобзик. Снежок и вятка слегка толкали друг друга головами. В этих толканиях совсем не было агрессии.  Было приглашение на честное силовое соревнование как на боксёрском ринге. А меня Лобзик не стал приглашать соревноваться.
   Однажды меня попросили его покормить, то есть дать ему съесть охапку сена. Я принесла еду и думала, что лошадь сейчас мирно начнёт зажёвывать сено. Но не тут-то было.Жеребец мимо сена стал пытаться меня укусить, показывая всем своим видом презрение к какой-то шмокодявке, которая осмелилась Его кормить. Честно, не помню, чем этот обед закончился.
   На подворье жила ещё вятка. Звали её Былина. Наши вятки были породистыми коняшками с родословной. Их решили показать на крупной выставке «Эквирос» в Сокольниках в Москве.
   Лобзика и Былину привезли на несколько дней в Москву. В один из этих дней я шла на выставку и думала, что некрупные рабочие вятские лошади вряд ли привлекут внимание публики.
   Когда я подходила к денникам с известными мне номерами, то увидела впереди толпу людей. «Наверное народ толпится около мощных владимирских тяжеловозов или арабских красавцев,» - подумала я. Каково же было моё удивление, когда я увидела народ именно около наших вяток.
   Медали на выставках лошадям дают не так, как собакам. Лучший представитель породы, если он того достоин, получает золотую медаль, а резервный – серебряную. Золото на выставке досталось Лобзику, а серебро – Былине.
   Вятки были не единственными представителями лошадиного племени в монастыре. В обители жили пони: серый в яблоках Буян и чёрная Одарка. От Буяна у Одарки родился жеребёнок, кобылка. Сначала её хотели назвать «Обжорка», но потом переименовали в «Обновку». Когда она была ещё маленькая, сёстры клали её на колени и гладили как котёнка.
   Обновка подросла и её отдали в хозяйские руки.
   
   Об одной чёрной пони моя дочка рассказала мне следующую историю. У дочки был приятель. Он заканчивал Высшую школу милиции и проходил практику в Московском метрополитене. Молодой милиционер стал свидетелем такого случая.
   На станции метро Сокол задержали женщину, которая везла с юга Москвы в вагоне чёрную пони. На Соколе нет эскалатора и, как выяснилось, похитительница пыталась вывести лошадь из подземки по лестнице. Тут её и задержали. Стали выяснять, откуда и куда она везла лошадь. Ничего вразумительного женщина ответить не смогла. Лошадь была конфискована и возвращена владельцам, которые сказали, что их пони родилась в монастыре. Была ли это Обновка?
   
   И всё же самым многочисленным отрядом животных в обители были и продолжают быть собаки.
   В 2001-м году монастырский клуб собаководства проводил свою третью выставку. Она была монопородной выставкой среднеазиатских овчарок. Одной из собак, которых планировалось показать на этом шоу был  Ортодокс Конвент Жасур-Тибет, а для своих попросту Тима.
   Тима был крупным представителем своей породы яркого рыже-белого окраса. Ростом он был с пони Буяна.
   Тима был замечательным охранником. Однажды он задержал нарушителя. Незадачливый рабочий жил в паломническом корпусе, по делам был в городе и не успел вернуться к закрытию монастыря. Рабочий решил перелезть через ограду ночью и тут же был обнаружен и задержан Тибетом.
   Тима был замечателен ещё и тем: когда к его пасти подносили таблетку, то он сам добровольно открывал рот.
   Крупный, серьёзный азиат жаловал любовью не всех сестёр – ночных дежурных, которые с ним работали, но ко мне был очень снисходителен и, по-моему, любил меня. Когда он был уже старенький и при смерти, я приехала на ночное дежурство. Тима был ещё жив. Я поспешила делать какие-то, как мне показалось тогда, срочные дела, а к Тибету не зашла. К началу моего дежурства Тима умер.
   
   Возвращаясь к рассказу о выставке скажу, что на неё было записано 185 азиатов, а экспертизу проводил большой любитель породы югославский эксперт Зоран Бранкович.
   Накануне выставки одной из сестёр монастыря, которая по послушаниям не имела отношения к собакам, приснился Тима с короной на голове. Сон оказался вещим. Жасур-Тибет на этой выставке стал Лучшим представителем породы.
   Однако вскоре после этой выставки на одном из ночных дежурств Тима получил травму колена. На внутренней стороне задней ноги возник костный мозоль с два кулака. Лечил Тиму доктор ветеринарных наук, гомеопат Виктор Витальевич Туркевич. В результате лечения костный мозоль исчез и Тима до старости исправно нёс вахту в монастыре.
   
   А на подворье дневными сторожами были чёрный дог Нуча и малюсенькая дворняжка Муха. Нуча оказалась на подворье как потеряшка. Хозяева её, видимо, не искали. Возраста она была уже почтенного – старше пяти лет. На подворье Нуча прижилась. Почему её назвали «Нуча»? Догиня, обычно, сопровождала сестру-кинолога. Если сестра, например, резала мясо для азиатов, Нуча стояла рядом и «нучила», конечно, вынучив кусочек.
   По ночам, даже зимой, короткошерстную догиню закрывали в неотапливаемом коровнике, так как по подворью на свободном окарауливании бегали азиаты, не терпевшие конкуренции. Нуча зарывалась в солому и спокойно спала, свернувшись клубочком. Днём отдыхала в «азиатской» конуре, тоже в соломе. На подворье собака прожила 6-7 лет, дожила до глубокой старости, что для дога большая редкость.
   Умирала Нуча тяжело. Перед смертью её лечили в монастыре. Собака мучилась и не умирала. Как-то мимо помещения, где находилась догиня, проходила настоятельница монастыря. Сёстры сказали матушке, что старая собака очень страдает. Матушка помолилась Богу. Через десять минут Нуча умерла.
   
   Подружкой Нучи на подворье была метиска Муха. Мушку новорожденным щенком выловили из пруда наши приютовские мальчишки. Совсем молодой собачкой Муха получила травму ноги и на всю жизнь осталась хромой.
   Лет пятнадцать назад, правда, Мушку пытались лечить. Собачку смотрели в бывшей Центральной московской ветлечебнице два доктора ветеринарных наук, Игорь Борисович Самошкин и Виктор Витальевич Туркевич. Операционное вмешательство докторский консилиум признал нецелесообразным. До сих пор Муха бегает на трёх.


Ирина Сивирина
2019 год

Оффлайн Дождик

  • ФОРДОБЕР
  • *****
  • Сообщений: 795
  • Пол: Мужской
    • ЗооСовет.RU - советы по дрессировке и хендлингу.
Животные в монастыре
« Ответ #2 : 26.03.2020 - 23:15:15 »
Животные в монастыре (часть 3)

   Не раз гостем монастыря бывал ведущий передачи «В мире животных» Николай Николаевич Дроздов. Однажды вместе с телеведущим мы подошли к вольеру с азиатами. Самой крупной собакой в вольере был Юсуф. Веки глаз Юсуф имел чуть сыроватые, поэтому вполне здоровые глаза казались красными.
   Николай Николаевич посмотрел на Юсуфа, видимо, провёл аналогию с сердитым хамелеоном и сказал: «О, и глаза кровью налились!»
   
   В конце восьмидесятых годов прошлого века монастырь начал восстанавливаться из руин и трущоб. Надо было бороться с грызунами. Для этой цели на рубеже веков были приобретены терьеры: однопомётницы эрдель-терьеры Андора и Анжела и также однопомётницы фокс-терьеры Пинча и Панча.
   Фоксы – известная крысоловная порода. Пинча была очень прыгучей, азартной собакой. Я бы сказала – типичный фокс-терьер.
   
   Панча принадлежала благочинной монастыря. Казалось, собака понимала всю ответственность такой принадлежности, вела себя идеально. Ходила она всегда без поводка. Если хозяйке, например, надо было пойти в храм, собака без команды, с полувзгляда понимала, что нужно остановиться и замирала словно фарфоровая статуэтка в ожидании у входа. Никакой специальной дрессировки для этого собака не проходила.

   Андора и Анжела принадлежали настоятельнице монастыря.
Эрдельки были преданы хозяйке и никак не хотели сидеть в вольере как азиаты, когда их пытались к этому приучить.
   Как-то в конце двухтысячных, по-моему в 2007-м или 2008-м году в монастырь приехал мой папа. Ему удалось по интересующей его проблеме поговорить с игуменией. «Матушка так плакала, говорил потом папа, - у неё собака умерла».
   
   Жили в монастыре и попугаи крупных видов, но по истине, украшением монастырской фауны был верблюд Синай. Впервые я увидела его ещё подростком в 2000-ом году. Синай, привезённый космонавтами с Байконура, подрастал.
   Как-то мы с дочкой приехали на один день в монастырь. Я разговаривала в игуменском корпусе с настоятельницей, а двенадцатилетняя дочка гуляла по территории.
   Когда я вышла, то увидела, что дочь бледна. Я спросила её о том, что случилось. Дочь, которая была членом детского монастырского клуба любителей животных, ответила, что за ней гонялся верблюд.
   Как потом выяснилось, Синай любил гоняться за девушками. Ему, видимо, нравилось их пугать.
   Не любил Синай, когда ему стригли задние ноги. Роста он был огромного – с полторы средней лошади. Перед стрижкой его клали на бок, а чтобы он вёл себя потише во время стрижки, кто-то из сестёр садился ему, лежащему, на шею. Однажды сесть верблюду на шею попросили меня. Сидела я, наверное, не очень ловко потому, что вскоре верблюд слегка тряхнул шеей и я была скинута.
  На Пасху сёстрам разрешали кататься на верблюде. Когда я села в седло, то удивилась, насколько плавные движения у этой громадины.

   Синай был очень культурным верблюдом и никогда не плевался как его казахские сородичи. Исключением был только один случай.
   В монастырь приехал лечащий доктор Синая – Виктор Витальевич Туркевич.  Синай набрал полный рот пены и с напором выпустил её во врача. Доктор Туркевич потом с гордостью рассказывал друзьям, что он единственный человек, в которого плюнул монастырский верблюд.

Ирина Сивирина
2019 год